Православная газета

Православная газета

Адрес редакции: 620086, г. Екатеринбург, ул. Репина, 6а
Почтовый адрес: 620014, г. Екатеринбург-14, а/я 184
Телефон/факс: (343) 278-96-43


Православная
газета
Екатеринбург

Русская Православная Церковь
Московский Патриархат

Главная → Номера → №21 (534) → Протоиерей Петр Мангилев: «О совести и заповедях»

Протоиерей Петр Мангилев: «О совести и заповедях»

№21 (534) / 1 июня ‘09

Интервью

На вопросы телезрителей в программе канала «Союз» «Беседы с батюшкой» отвечает протоиерей Петр Мангилев

– Здравствуйте, дорогие телезрители, в эфире телеканала «Союз» программа «Беседы с батюшкой». В книге «Закон Божий» написано, что настоящая, добрая христианская жизнь может быть лишь у того, кто имеет веру Христову и живет по этой вере: своими добрыми делами исполняет волю Божию. Чтобы отличать добрые дела от злых, мы получили от Бога особые средства: внутренний закон Божий – совесть, и внешний закон Божий – заповеди. О совести и заповедях мы сегодня поговорим с проректором Екатеринбургской Духовной семинарии протоиереем Петром Мангилевым. Здравствуйте.

– Здравствуйте, добрый вечер.

– Я Вас попрошу благословить наших зрителей.

– Господь благословит. Помогай нам всем Господь.

– И мой первый вопрос: зачем человеку заповеди, если есть совесть, данная Богом? Ведь хороший человек и так не будет совершать худого, а если совершит, то его замучает совесть. А плохому человеку и закон не писан, как говорится.

– Здесь нужно иметь в виду, что человек, имеющий совесть, даже добрый и добродетельный, который творит много добра, все равно поврежден грехом. Грехопадение первых людей внесло как бы греховную порчу в человеческий род и передается наследственно. То есть естество человека повреждено. Первородный грех оставляется человеку в Крещении – человек выходит чистым из купели, на нем нет этого греха, но последствия его, сказавшиеся в человеческой природе, удобосклонность к тем или иным поступкам в человеке остаются. В этой ситуации человеческая совесть не может быть до конца объективным судьей человека. Совершая те или иные поступки против совести, мы как бы сжигаем ее, идем на компромиссы с совестью, заставляем ее молчать в тех или иных ситуациях. И она притупляется.

– Мы можем оправдаться отчасти…

– Да, мы можем отчасти оправдаться. У нас часто может не быть критериев добрых дел, и мы можем, в нашем представлении, творить добро, и совесть нас не будет обличать. Так бывает иногда: из истории человечества мы знаем немало злодеяний, совершаемых «во имя добра». И эти злодеяния оправдываются: строили, например, коммунизм в Советском Союзе – и во имя добра и блага, из «благих намерений» убивали миллионы людей. Ведь это ситуация, когда люди поступали сознательно и думали, что они делают добро – и совесть их не обличала, они «исполняли свой долг». Вот видите, какая аберрация в сознании происходит? Происходят в сознании и аберрации другого рода, то есть человек не всегда действительно способен отличить подлинно правильный поступок от неправильного. Иногда нам кажется правильным одно, а на самом деле правильно совсем другое. Мы подвержены гневу, ненависти, у нас есть симпатия к одним людям и антипатия к другим, у нас есть жалость. И из чувства жалости мы можем поступать необъективно в отношении окружающих, совершать поступки, которые не будут правильными. В Ветхом Завете, в книге Исход, есть наставление, которое гласит: «Не подсуживай слабому».

– Что это значит?

– Удивительная мысль: мы привыкли думать, что сильному можно подсуживать – его можно бояться, от сильного можно зависеть, ожидать от него блага и не ссориться с ним. А тут вдруг мысль: «Не подсуживай слабому». Странная вещь – слабых людей надо жалеть, а тут говорится совсем другое. Жалость лишает человека определенной трезвости, и этим можно пользоваться. Возникает ситуация морального шантажа. Например, у вас есть ребенок?

– Да.

– В какие-то моменты ваш ребенок способен пойти на моральный шантаж в отношении вас…

– Да, бывает.

– Вы взрослый человек, воспитываете ребенка и пресекаете, но в какие-то моменты это сделать чрезвычайно трудно – вы жалеете его, не замечаете этих вещей и объективно совершаете, идя на поводу у ребенка, злой поступок (хотя не всегда понимаете, что он злой), уступая ребенку в этой ситуации.

– Хорошо; тогда на какую заповедь в данной ситуации можно ориентироваться?

– Мы предполагали говорить о десяти заповедях?

– Да.

– Но десять заповедей сводятся к двум. Есть две главные заповеди в законе: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем, всей душою своею, и ближнего, как самого себя». В принципе все десять заповедей разделяются на две категории: это заповеди по отношению к Богу и заповеди по отношению к ближнему. И еще в Ветхом Завете есть целый ряд наставлений, кроме этих десяти заповедей – как относиться к ближнему, поступать по любви, творить пользу ближнему.

– То есть мы добром, жалостью портим ребенка?

– Да, портим.

– Не даем ему над собой поработать?

– Потакая детским прихотям, мы проявляем нелюбовь к ближнему.

– Может, еще потому, что мы возвысились?

– Мы, естественно, возвысились, стали способны рассудить и понять ситуацию. Ребенок в отношении нас нарушил девятую заповедь о лжи, то есть ведет себя ложно. А мы пошли на поводу этого состояния и из своего тщеславия и других чувств по отношению к нему поступили неправильно. Я часто привожу такой пример в своих проповедях и беседах. Как телесно человек устроен, таково и духовное устроение наше. В телесной жизни нашей есть болезнь – катаракта, когда на глазу нарастает роговичная оболочка. Чем толще эта оболочка, тем мутнее становятся предметы окружающего мира и тем труднее человеку ориентироваться в пространстве. Он падает, запинается и разобраться в этом мире не может. И совершая грех, привыкая к нему, мы на своих очах духовных наращиваем такую оболочку – утрачиваем объективное видение вещей духовного мира, у нас происходит такая аберрация, когда ложное нам начинает казаться истинным.

– Тогда получается, заповеди – это некие маяки?

– Заповеди в данном случае – некие мерила, ориентиры, маяки, которые позволяют посмотреть: я так поступаю или не так?

– То есть нужно сверяться постоянно?

– Да, постоянно. Это важный момент. Какой образ поведения принят, чему учит Господь? Потом, заповеди имеют и важное воспитательное значение. Как формируется в нас грех? Каждый на своем примере может посмотреть, как он привыкал к тем или иным грехам. Мы сначала совершаем маленький или большой греховный поступок, встречаемся со своей совестью, и совесть нас обличает: так поступать нельзя. Например, нельзя кричать на ближнего…

– Но мы находим сразу же массу оправданий.

– Конечно: сорвалось, мы терпели-терпели, и сорвалось, мы разразились ругательствами в отношении ближнего. Нам было стыдно, мы просили прощения и так далее. Второй раз, когда возникает подобная ситуация, нам это сделать уже легче. Потом по поводу и без повода мы позволяем себе повышать голос – у нас сформировался навык гнева и раздражительности, и он уже разрушает нашу личность, вошел в нашу жизнь. Мы перестаем себя адекватно оценивать.

– Иногда даже есть убеждение, что так и надо было поступить…

– Да, мы уверены, что справедливо поступаем. Тут нам приходят на помощь заповеди. Заповеди говорят, что мы неправильно поступаем. Они нас учат поступать по-другому, заставляют делать те или иные дела. Есть заповеди, которые прямо говорят: «не делай», но есть заповеди, которые содержат положительный момент: «делай». Например, «чти отца своего и мать свою, и долголетен будешь на земле» – пятая заповедь. И человек научается чтить, совершать добродетельные поступки в отношении своих родителей, привыкает к такому стилю поведения. Как формируется греховный навык, так должен формироваться и добродетельный.

– Уж если к чему привыкать, так к доброму…

– Привыкать к доброму очень важно, потому что в 33 псалме, который поется в конце Литургии, есть слова: «уклонися от зла и сотвори благо». То есть задача христианина не только не совершить того или иного греховного поступка, не делать чего-то; задача христианина – что-то сделать доброе. Заповеди имеют еще и педагогическое значение, помогают это доброе сделать. Это очень важно, потому что если мы просто уклоняемся от зла, но не созидаем в своей душе чего-то, не делаем доброго, то душа остается пустой.

– Значит, если я хочу выпустить гнев, что я должна сделать? Не только подавить его в себе?

– Не только подавить его в себе, потому что он не переменится и не уйдет. Мы должны перемениться сами и изменить свое отношение к человеку, к которому испытываем гнев, попытаться воспитать в себе доброе расположение. Во-первых, чтобы побороть в себе гнев, нужно учиться оправдывать в своей душе человека. Он поступил в отношении нас плохо, толкнул нас в трамвае – у нас возник гнев: «что это тут толкаются!». И мы сразу должны в себе помыслить: может, качнуло, может, человек как-то не сориентировался, тесно – его толкнули, он нас толкнул. Он тут вовсе не виноват.

– Хорошо. А если другой случай – нас обокрали? Вора сложно оправдать – он украл деньги…

– Тут тоже нужно подумать. Если оправдать нельзя, то пожалеть-то, во всяком случае, можно. Несчастный человек вынужден себе таким путем на жизнь зарабатывать. Нужно избавиться от гневного расположения внутри себя. Даже когда мы должны поступить формально, по закону, мы не должны иметь гнева внутри себя, потому что гневное расположение нам помешает оценить ситуацию трезво.

– Тогда не стоит получать удовлетворения от того, что человек все-таки получил наказание?

– Удовлетворение от того, что человек получил наказание, разрушительно для нас, чувство мести – это разрушительное чувство. Оно будет изъедать нас и разрушать изнутри, опустошать нас. Можно вспомнить из своей жизни ситуации, когда мы имели какую-то обиду. И в какой-то момент с обидчиком что-либо случалось – и если не получалось сдержать себя и мы радовались внутри, то ничего потом кроме опустошения – несозидательного чувства – мы не испытываем. Мы можем даже порой испытывать злорадство.

– Да-да, многие люди не успокаиваются до тех пор, пока их обидчик не будет наказан…

– Люди даже, как кажется, успокаиваются, что страсть мести как бы удовлетворилась, наелась, утешилась… Но на самом деле это ложное успокоение, это несозидательное чувство. Оно опустошает человека. У человека, например, есть какая-то простая, открытая радость в жизни, может, солнышко, погода хорошая…

– Да, просто все хорошо…

– Да, вышли из дома, все хорошо – это радость. А радость от того, что свершилось отмщение – это и не радость вовсе, это какой-то тяжелый камень лег на сердце. Этому нельзя радоваться – это не освобождающее чувство: оно разрушает человека. Нужно противополагать худому чувству нечто доброе и воспитывать в себе это противопоставление. Вот на домашних наших гневаемся – надо вместо грубого слова сказать доброе, пересилив себя. И ситуация начнет разрешаться. Если мы поссорились, то первым попросить прощения, даже если мы знаем, что не виноваты – и вдруг приходит мир. Этот мир гораздо прочнее и лучше, чем когда мы предприняли огромные усилия, выясняя отношения. Выясняя отношения, мы все равно не пришли к позитивному результату. А попытавшись поступить правильно, по заповедям Христовым, мы вдруг получаем положительное разрешение ситуации, результат. И говоря о заповедях, законе Божием, нужно еще иметь в виду заповеди Ветхого и Нового Завета.

– А может, мы их перечислим? Потому что многие знают отрывочно.

– Вот кратко суть и содержание заповедей, которые были даны Моисею на горе Синай. Первые четыре заповеди – об отношении к Богу. Первая заповедь о том, что Бог единый и не должно быть других богов – нет другого Бога, и служить другим богам нельзя. Вторая заповедь: «Не сотвори себе кумира». То есть нельзя созидать и служить кому-то, кроме истинного Бога. Бог один, и цель жизни человека – стремление к Богу. Если человек создает себе кумира, он полагает себе ложную цель. Он трудится всю свою жизнь, служа кумиру. И когда он подходит к итогу жизни, то цель оказывается ложной – это очень страшно. И Господь предупреждает, что так может быть. Третья и четвертая заповеди тоже касаются отношения к Богу. Это заповедь о субботнем дне: шесть дней работать и седьмой день посвящать Господу Богу. И заповедь «не поминать имени Божиего всуе». Это тоже очень важные заповеди. Ведь имя Божие – это имя святое. И когда мы возвышаемся к Богу, то у нас должны быть благоговение и трепет.

– У нас постоянно говорят для связки слов: «Господи Боже мой». Это грех?

– Да, это грех, потому что имя Божие «затаскивается». Здесь такой пример хороший можно привести. Есть хорошие слова, наполненные глубоким смыслом, например: «любовь», «Родина», «мать», «счастье», «свобода» и так далее – много таких слов. Но от того, что эти слова часто употребляются с ложным смыслом, к месту и не к месту, они затаскиваются, теряют смысл, опошляются. И поразительная вещь – за высокими словами, которые должны обозначать в нашей жизни высокую материю, перестает стоять реальный высокий смысл. Потому что мы затаскали эти понятия, опошлили их и ввели их в ранг обыденной лексики.

– Для связки слов…

– Да, стали употреблять для связки слов. И в отношении Бога то же самое. Это, во-первых, святотатство и, во-вторых, для человека погибельно, потому что он о предметах священных и о Самом Боге перестает думать как о важном и значимом. Это становится в ряд обычных вещей, а что-то из ряда обычных вещей должно выделяться. Бог есть цель человеческой жизни, нужно стремиться к Нему. А затаскивание имени Божия приводит к тому, что человек перестает с должным уважением относиться. И заповедь о дне субботнем – тоже важная заповедь в современной нашей ситуации.

– Говорится о дне субботнем, а имеется в виду воскресенье…

– Здесь нужно понимать не в буквальном смысле. Во-первых, нужно говорить, что Господь Иисус Христос Воскрес в воскресенье, поэтому мы чтим воскресный день, хотя и суббота в Церкви почитается как особый день, богослужебно выделяется.

– То есть это правильно – ходить в воскресенье в храм?

– Правильно ходить в воскресенье. В чем мы видим глубинный смысл этой заповеди и нарушение ее в современной жизни? Во-первых, мы все получили от Бога, и время тоже. Человек должен работать, чтобы обеспечивать себе жизнь. Но он настолько углубляется в эту жизнь, настолько сосредоточивается на предметах этой жизни, что даже становится неспособным разогнуться и посмотреть вокруг. То есть мы в суете – наверное, знакомо это чувство, тем более что мы в большом городе живем: это постоянное движение, движение, движение…

– Вырваться невозможно из этого круга…

– Вырваться невозможно, а вырваться нужно. И заповедь о субботе – это заповедь о том, что человек должен останавливаться. Он во что бы то ни стало должен вырываться из рутины, посмотреть на себя и окружающий мир по-иному. Есть в Псалтири такие слова: «Остановитесь и познайте, что Я говорю…». Тут такой пример можно привести: вот вы на работу ходите, наверное, по одному и тому же маршруту…

– Да.

– Если вам дать задание описать этот путь со всеми красотами, которые есть по маршруту, вам, наверное, будет чрезвычайно трудно выполнить это задание.

– Ну, один-два пункта назову…

– Да вы даже, наверное, не назовете, какие деревья там растут. Только если что-то яркое обращает на себя внимание.

– Да, уже все примелькалось.

– Вот попробуйте как-то выйти пораньше на 10 минут. Остановитесь около какого-нибудь дерева или куста и постойте 10 минут. И совершенно будет иное ощущение, иное переживание. Так и жизнь наша: когда мы останавливаемся и соотносим нашу жизнь с Богом, на самом деле это означает, что мы начинаем жить полноценно. Вот по жизни мы идем, идем, идем… Мелькание жизни и суета – мы ничего не видим в этой жизни, ничего не чувствуем и живем бессмысленно. А если помолиться? Когда мы утром молитвослов открываем, там написано: «Остановись, постой, пока все чувства придут в порядок». Это очень важно. Вот тоже пример: бежите куда-нибудь, опаздываете. Прибегаете, уже на месте, но внутри еще продолжаете бежать, суетитесь и производите какую-то беспорядочную деятельность; наша жизнь такая, что даже когда мы остановились – мы продолжаем бежать. Мы должны совершенно остановиться.

– То есть остановка должна быть основательной – не «бежал, забежал в церковь, постоял 15 минут и дальше пошел»?

– Это могут быть и 15 минут в церкви, но это должны быть основательные 15 минут. Это не выделение какого-то длинного отрезка времени, иногда это невозможно, но это полноценное выделение времени.

– Можно сказать, отрешение от суеты?

– Отрешение от суеты, сосредоточенность на Боге и на главных смыслах жизни человека. И халатное исполнение утренних и вечерних молитв – это тоже нарушение заповеди о субботе – это тоже невыделение времени Богу, это не остановка. Если расширительно толковать заповедь, то это не просто выделение одного дня, когда мы на богослужении бываем в церкви – это важно, и это исполнение заповеди. Но необходимо вообще из времени дня выделять время для Бога. Причем это не Богу нужно – это в первую очередь нужно нам самим. И эта заповедь дана из заботы о человеке – это необходимейшее дело. Наш мир поглощает, разжевывает человека совершенно. Когда человек жил на природе, то вольно-невольно задумывался об этом.

– Природа сама располагала…

– Да, природа как творение Божие располагала. Здесь же, в рукотворном мире, даже не всегда красивом, мы вынуждены зарабатывать все в более бешеном ритме, что-то постоянно делать – нужное и ненужное. И еще другое неисполнение заповеди – когда освобождается время, мы не знаем, куда себя девать.

– Да, бывает такое. Надо бы время, а когда оно высвободилось – и делать нечего.

– И еще, например, когда молодые люди слушают громко музыку – они не могут быть один на один с собой, не могут выносить тишины. Это нарушения заповеди субботы, существенно присутствующие в жизни человечества уже сейчас, они пагубно и разрушительно сказываются на человеке. Даже какую-то минуту один на один с собой, в размышлении человек побыть не может, не говоря уже о молитве. Становится трудно быть один на один с собой.

– Вы правы, в нашем грешном мире только одно место уединения от бытовых и личных проблем – Церковь. К сожалению, наше время заканчивается. Мы не успели, но я думаю, что в следующий раз мы обязательно поговорим о заповедях, которые касаются ближних наших. Спасибо Вам огромное за беседу. Благословите, пожалуйста, наших зрителей.

– Благословение Господне со всеми вами пусть будет. Всего доброго. До свидания.

Беседовала
Юлия ФАРБШТЕЙН
Расшифровка аудиозаписи –
Анастасия МЕДВЕДЕВА

© При использовании информации ссылка на СМИ
«Информационное агентство Екатеринбургской Епархии»
(свидетельство о регистрации ИА №11–1492 от 29.05.2003) ОБЯЗАТЕЛЬНА.

 
Церковь и общество

Бывший министр здравоохранения России стал священником

  Бывший министр здравоохранения РФ  Юрий Шевченко стал священником – иереем Георгием. Он был рукоположен месяц назад и по выходным служит в храме Святителя Николая при Национальном медико-хирургическом центре имени Н.

 

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс: 32475

Православная газета. PDF

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс

Православная газета. RSS

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс