Православная газета

Православная газета

Адрес редакции: 620086, г. Екатеринбург, ул. Репина, 6а
Почтовый адрес: 620014, г. Екатеринбург-14, а/я 184
Телефон/факс: (343) 278-96-43


Православная
газета
Екатеринбург

Русская Православная Церковь
Московский Патриархат

Главная → Номера → №18 (963) → Бесценные свидетели прошлого

Бесценные свидетели прошлого

№18 (963) / 2 мая ‘18

Хранители памяти

Новый выпуск программы посвящен проблеме сохранения деревянных храмов Русского Севера. Крайне остро проблему формулируют архитекторы-реставраторы; это боль многих специалистов по деревянному зодчеству и просто неравнодушных людей – они едут на Север, чтобы спасти от гибели старинные храмы. Впечатлениями от поездок делятся волонтеры проекта «Общее дело. Возрождение деревянных храмов Севера».

– Мы уже говорили о деревянном зодчестве Русского Севера и о спасении от гибели деревянных храмов, и сегодня снова обратимся к этой теме.

Сергей Борисович Куликов, главный архитектор ФГУП «Центральные научно-реставрационные проектные мастерские», член президиума Союза реставраторов России: – Проблема определена самим материалом построек – это дерево: материал относительно недолговечный, особенно если он еще и без ухода. Многие памятники, брошенные, оставленные в глубинке, почти приговорены.

Но это очень значительная и своеобразная часть нашей национальной архитектуры, национального наследия. Как правило, самые красивые объекты или памятники деревянного зодчества – это церкви различного типа: шатровые, кубоватые, клетские. Они разбросаны по территории Русского Севера, уже в меньшей степени остались в средней полосе России, какой-то объем построек сохранился в Сибири – на самом деле, они придают своеобразие вообще любому пейзажу. Многие, наверное, помнят силуэты деревянных церквей: на Русском Севере это просто как поэтическое основание, как индикатор среды, которая и олицетворяет сам пейзаж, – протяженная деревня на берегу северной реки и вдруг – взлетевший силуэт шатрового храма. Думаешь, что ради этого ты и живешь.

Поэтому максимально возможное сохранение всего этого – это и наша конституционная обязанность, и право, и, думаю, необходимость. Как раньше говорилось, не стоит село без храма: как только уходит любая такая храмовая постройка – есть в ней службы или нет, – село начинает распадаться. Оно расползается, появляются неадекватные постройки, какие-то «дикие» цвета, люди начинают разобщаться. А когда у человека есть село, исторический центр, тем более погост, где находятся могилы предков, стоят кресты, напоминающие тебе о вечности, есть храм, в котором еще и служба идет… Дай Бог, ибо функциональное использование памятника – это его жизнь. Сейчас некоторые храмы передаются Русской Православной Церкви – как правило, там, где еще есть жизнь, где есть село, приход, куда ходят люди. А судьба тех уникальных памятников, которые не используются, трагична.

У каждого памятника есть история. Может оказаться, что какой-то человек живет, например, в Архангельске, а его дед или прадед поставил этот храм. И, пусть на секундочку, их потомок оказался успешным предпринимателем... У нас есть удачные проекты, чисто общественные, волонтерские. Есть и такие организации, как, например, «Общее дело».

Протоиерей Алексий Яковлев, руководитель проекта «Общее дело. Возрождение деревянных храмов Севера», настоятель храма Преподобного Серафима Саровского в Раеве (г. Москва): – Мы создали проект, в рамках которого своими силами стараемся сохранить эти памятники, дать им возможность дожить до реставрации. В этом году на Русском Севере побывало около 600 человек, состоялось 64 экспедиции. Мы проводили работы в 24 храмах и часовнях, и 18 храмов наметили к проведению работ в следующем году. Всего за 11 лет существования проекта были проведены работы в 137 храмах и часовнях; 350 храмов и часовен обследованы и есть план дальнейших работ.

В нашем проекте могут участвовать все желающие – не только из Москвы и Санкт-Петербурга или мест, где находятся памятники деревянного зодчества, но и из других регионов России.

Валерий Викторович Кузьмичев, командир экспедиции «Верховажье» проекта «Общее дело. Возрождение деревянных храмов Севера»: – Наш первый выезд был в 2011г. в Вельский район Вологодской области – это было очень необычно, захватывающе. Начиная с 2012 г. мы ездим в Верховажский район. Мы восстанавливали несколько часовен. Вначале занимались устройством кровли, чтобы не было протечек, естественно, обкашивали траву вокруг и так далее. Последние 3 года меня просят быть командиром. В последние 2 года стали уделять внимание внутреннему содержанию часовен – делать окна (уже не просто забиваем их, а делаем так, чтобы свет проникал внутрь), стали восстанавливать киоты, иконостасы.

Последний наш опыт был этим летом в деревне Чисть – мы постарались восстановить иконостас так, как бы он выглядел, когда часовня была еще жива. В этом году в нашей экспедиции в эту деревню было 6 человек. Но вместе с этим мы работали с реставраторами из компании «Нагель», которые реставрировали часовню в деревне Матвеевской, где мы и жили. Ребята вообще работали бесплатно – как говорится, за суп и кашу.

Вообще, самое большое открытие – это люди, которые приходят помогать нам. Конечно, есть какой-то костяк – мы встречаемся, «вспоминаем минувшие дни», что называется. И приходят новые люди – бывают и не очень подготовленные, многие просто очень хотят поработать. Кстати, еще одной особенностью наших экспедиций в Верховажский район было то, что у нас всегда было очень много детей. Своего внука мы берем с 3-х лет. Мои дети ездят, когда могут: все-таки у них школа, институт – тем не менее, они ездят с нами, помогают, и это хорошо; это если говорить о наших детях, а вообще у нас так бывает частенько – например была семья с четырьмя детьми от 6 до 16 лет.

Севастьяна Петровна Гвоздева, участница экспедиций «Шуньгская Губа» и «Руга» проекта «Общее дело. Возрождение деревянных храмов Севера»: – Мне пришлось и дрова для костра носить, и много другого делать: деревья валить около часовни (они мешали строить), подавать гвозди, колобашки отбивать. Колобашки – это когда берешь дощечку, ставишь топор, бьешь по нему сверху молотком, и получаются такие маленькие кусочки. Вот я дяде Роману и помогала их делать: молотком била по топору, который он держал.

Мы жили в палатках, спали в спальных мешках, готовили на костре. По вечерам нам играли на балалайке, папа тоже играл на балалайке. Днем мы занимались постройкой храмов. Мы ездили на два объекта, и в разных местах было по-разному: на 1-м объекте мы жили далеко от деревни, прямо в лесу, а на 2-м объекте – рядом с деревней в 3–4 домика. А рядом было большое озеро, в котором мы купались, правда, не очень часто: оно было холодное. Я хочу еще раз туда поехать – не знаю, как сложится жизнь, но как Бог даст.

Священник Петр Гвоздев, командир экспедиций «Шуньгская Губа» и «Руга» проекта «Общее дело. Возрождение деревянных храмов Севера», клирик собора Святых Апостолов Петра и Павла (г. Таруса): – Это была давняя юношеская мечта – поехать на Север и поучаствовать в восстановлении деревянных храмов: я как-то читал об этом в книге и заразился этой идеей. Но осуществить это никак не удавалось, и удалось только в этом году – мы участвовали в экспедиции.

Мы ездили в Карелию на Онежское озеро, где один из языков суши вдается в озеро и на нем есть заброшенная часовня – хотя она и в заброшенном месте, но была в довольно сохранном виде. Место это называется Шуньгская Губа. Там мы и поработали. Собрали наших прихожан из Тарусы, которые тоже заразились идеей побывать на Севере, – и не просто побывать, а именно потрудиться. Мы стояли в походном лагере. Восстановили кровлю часовни и убрали территорию вокруг.

Затем у нас был второй объект – на Сямозере, в деревне Руга. Именно в этом месте снимался фильм «Холодное лето 53-го...». Там есть часовня, но она практически полностью разрушенная. Как-то удалось ее немножко консервировать, чтобы сохранить от полного исчезновения с лица земли. Место, конечно, дикое, но там проживают несколько коренных жителей, которые заинтересовались нашей работой по восстановлению часовни. Им это было интересно, они прониклись этой мыслью и тоже немножко нам помогали.

Пребывание на Севере – это особенное состояние ума и души: посмотреть на это небо, на эту чистую воду – особое место и в плане природы, и в плане людей. Мы встретили там несколько человек потрясающего склада души, таких встретить у нас довольно трудно; такие глубокие люди, простые, но в то же время какие-то настоящие – сейчас довольно сложно найти таких: все люди с разными условностями, разглядеть искренность в человеке довольно трудно, а там с первой встречи открывается именно внутреннее состояние человека. Вот это очень ценно. И хотелось бы, конечно, участвовать в этих экспедициях и в дальнейшем.

Андрей Борисович Бодэ, архитектор-реставратор, заведующий сектором деревянного зодчества Научно-исследовательского института теории и истории архитектуры и градостроительства, кандидат архитектуры, советник РААСН: – Эти объекты получаются как бы выброшенными из современной жизни, хотя они свидетели прошлого, свидетели колоссальной строительной культуры, которая развивалась в течение нескольких веков. Государственные усилия по сохранению деревянных памятников нацелены на полный цикл реставрационных работ, это большие многобюджетные проекты, они реализуются на отдельных памятниках. Если памятников, скажем, сотни, то таких проектов реализуется единицы: 1, 2, 3 в год – при том проекты реализуются не за год. И пока работы на государственные средства ведутся на одном объекте, десяток, если не больше, других приходит в еще более худшее состояние. То есть ситуация безысходная, государственные органы не справляются с задачами по сохранению деревянных памятников, таких ресурсов нет и явно не будет.

Как альтернатива или как помощь в этом деле выступают общественные движения – люди бескорыстно, за свои деньги, по своему желанию пытаются произвести какие-то противоаварийные работы на разных объектах. Где-то они в своих усилиях объединяются с местными жителями, где-то, где жителей нет, работают в одиночестве. Например, какая-нибудь церковь стоит в тайге, и туда приезжают люди и начинают перекрывать крышу, ставить подпорки. Результат этих работ трудно переоценить, это действительно огромный вклад в дело сохранения памятников.

То, что должно делать государство, делается самим народом. Каждая копейка расходуется рационально, каждое действие продумано, ничего лишнего. Если мы действительно хотим сохранять памятники деревянного зодчества, надо поучиться опыту волонтеров, добровольных организаций.

Записала:
Нина Кирсанова

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз».

 

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс: 32475

Православная газета. PDF

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс

Православная газета. RSS

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс