Православная газета

Православная газета

Адрес редакции: 620086, г. Екатеринбург, ул. Репина, 6а
Почтовый адрес: 620014, г. Екатеринбург-14, а/я 184
Телефон/факс: (343) 278-96-43


Православная
газета
Екатеринбург

Русская Православная Церковь
Московский Патриархат

Главная → Номера → №38 (983) → Протоиерей Александр Дягилев: Школа и семья

Протоиерей Александр Дягилев: Школа и семья

№38 (983) / 2 октября ‘18

Беседы с батюшкой

Окончание. Начало в №37 (982)

Вопрос телезрительницы из Санкт-Петербурга: «Меня волнует появление в школах несанкционированных обществ. В частности, то, что директора допускают к детям на занятия какие-то сторонние организации, и не всегда они служат положительному образовательному процессу».

– Мне кажется, сейчас эта проблема отчасти ушла, это было более актуально в 90-е годы, когда всевозможные религиозные организации, чаще протестантские или сектантские, просто лезли в школы. Причем порой это сопровождалось раздачей гуманитарной помощи, задабриванием директоров и так далее, чаще всего с западной поддержкой.

Но сейчас, мне кажется, немножко даже другая крайность. Сейчас, например, мне прийти в школу и что-то рассказать детям о православии, в рамках той же православной культуры, невозможно. Хотя был у меня опыт, но это было лет восемь назад, когда меня пригласила преподавательница изобразительных искусств в одну школу, чтобы я для старшеклассников в ее присутствии рассказал о картине Сальвадора Дали «Тайная вечеря». Хотя, понятное дело, «Тайная вечеря» Сальвадора Дали весьма своеобразная картина. Но я увидел в этом шанс рассказать о том, что такое Тайная Вечеря. Они же про это не знали. Я был приглашен как некий эксперт в данной теме, на конкретный урок по конкретной тематике.

Я помню, когда сам учился в школе (это были 80-е годы), где-то в старших классах у нас были встречи, – к нам в класс приходили инженеры, военные. Чаще всего это были родители кого-то из учащихся в нашей же школе, они просто рассказывали о своей работе. То есть происходила определенная профориентация, что ли, ну и заодно некое представление о том, где люди работают, чем они занимаются. И мне кажется, кстати, в этом ничего плохого нет.

Но где вот эта грань? Кто этот человек, что пришел в школу? Или кого даже преподаватель пригласил… Насколько полезна эта информация – здесь сложный вопрос. То есть вообще всех запретить приглашать? Тогда опять-таки школа будет вариться в собственном соку в отрыве от реального мира. А с другой стороны, если разрешить всех подряд приглашать, я согласен, могут прийти странные люди. Но Ваш звонок меня немножко удивил, потому что, мне кажется, сейчас все-таки в общем и целом в большинстве школ тенденция именно к закрытости, то есть никого не приглашать, никакие организации.

Вопрос телезрителя из Оренбургской области: «Помимо образования в школе сейчас актуальным становится образование на дому, то есть в семье. Каково отношение Церкви к образованию и воспитанию на дому? И плюс православная семья, какие она нагрузки несет? Что Вы скажете на этот счет?».

– Вопрос тоже непростой. В конце концов решают родители, и я знаю такие ситуации, когда кто-то из родителей этим занимается. Но это подразумевает, что один из супругов достаточно хорошо зарабатывает, чтобы полностью обеспечить семью, а второй полностью берет на себя обеспечение детей именно соответствующим образованием. То есть берутся учебники, все уроки, все темы изучаются дома, дома пишутся диктанты, контрольные работы. Но, так или иначе, ребенок прикреплен к школе и периодически туда ходит, сдает свои работы, сдает экзамены, получает оценки и школьный аттестат.

Допустимо ли это? В общем-то, да, допустимо, но должно ли это стать нормой? То есть стоит ли за это агитировать или тем паче привязывать к православию и говорить, что вот это православно, а это – нет? Моя точка зрения, что это одна из методик образования, вполне допустимых, но не увязанных непосредственно с православием как с конфессией, как с традицией.

Да, у нас до революции существовала традиция, что к тем же дочерям и сыну императорской семьи приходили учителя, и они учились у себя во дворце. Иногда то же самое было у детей знатных семей, и мы знаем, что их образование было очень неплохим.

В наши дни я знаю такую ситуацию. Дело в том, что я служу в двух храмах, один из них находится в деревне, в двухстах километрах от Питера. Если ехать еще дальше, там есть маяк, к этому маяку ведет тропинка, туда на машине даже не проехать, там только на катере можно подъехать, если на каком-то транспортном средстве. Там живет маячник, его зовут Игорь. У него жена, двое сыновей, живут во многом буквально натуральным хозяйством: как говорится, на лосятине, лососятине (на том, что Ладожское озеро дает). Соответственно, папа обслуживает маяк, дети с детства ему помогают, живут фактически в хижине в лесу, на берегу Ладожского озера возле маяка. Дети, таким образом, в течение практически всего года учились дома, а периодически ездили в Петербург, в школу, к которой были прикреплены, и там сдавали экзамены. И, в общем-то, неплохо закончили, ЕГЭ сдали нормально.

Так что, почему бы и нет? Это возможная форма, но я не считаю, что она абсолютно идеальная, что давайте закроем школы, все будем учиться на дому. Это, думаю, тоже неверно.

У меня еще один интересный вопрос. В 50-е годы отдельно учились мальчики и девочки, и сейчас я знаю уже несколько школ, где с определенного возраста (не с первого класса) тоже начинают вводить в школах раздельное обучение: отдельно девочки, отдельно мальчики. Каково Ваше отношение к этому?

– Я не только священник, но и психолог, у меня есть соответствующее образование. И эту тему изучали, то есть особенности формирования центральной нервной системы у мальчиков и девочек, девочки на каком-то этапе жизни начинают опережать мальчиков в своем развитии. Когда мальчики и девочки учатся вместе в одном классе по одной и той же программе, то как раз в младших классах девочки будут мальчиков опережать. Мы знаем эту классическую ситуацию: обычно девочки отличницы, мальчики троечники. Потом мальчики девочек, как правило, догоняют, в старших классах могут даже обогнать. Девочки как бы «сползают», а мальчики, наоборот, уходят в отличники. Не все, но многие.

Стереотипы поведения, взаимоотношения, в том числе с людьми противоположного пола, формируются именно в ранние годы жизни. Вообще, мы часто даже не понимаем, что значительная часть нашей личности формируется первые три года нашей жизни, которые мы не помним. Возраст семи-девяти лет тоже очень значим. Находясь в этом возрасте, мальчики приучаются к тому, что они какие-то такие «недоделанные», а вот девочки – отличницы, у них списать можно, они все знают лучше и так далее. И опять-таки это приводит к тому, что мальчики, даже когда вырастают, все равно имеют некий комплекс по отношению к девочкам.

Я имел опыт служения в Великобритании, в Сурожской епархии, в 2006–2007 годах. И вот там я обратил внимание на интересную вещь. Там есть очень разные школы, но в дорогих частных школах, как правило, как раз в младших классах обучение раздельное. И, с моей точки зрения, в раздельном обучении есть свой смысл, и лучше бы, чтобы и программы были немножко разными. И вот как раз где-то уже ближе к старшим классам можно было бы их объединять, и то это нужно делать очень грамотно. Уже потом учить их взаимодействовать, когда они сливаются в единый класс.

Но в раздельном обучении есть свои плюсы (хотя в наши дни это считается чем-то немодным, устарелым и так далее), причем именно с психологической точки зрения. То есть это чисто научный подход, это даже не вопрос религиозного контекста и так далее.

Вот если представить себе современную семью, то, как правило, в большинстве это муж, жена, один ребенок. И понятно, что тут опять возникает проблема любимого ребенка, но только с одним маленьким аспектом. Жена на работе, муж на работе, и ребенок остается с бабушкой. И воспитание бабушки – это сейчас, наверное, всеобщее дошкольное образование. В этом случае вопрос: насколько оправданно вот такое распределение? То есть, с одной стороны, бабушка многоопытна и знает, конечно, много: «Я вырастила сама, значит, выращу и внучку». Но разве не увеличивается здесь конфликт поколений? И что в этом случае делать? Тем более, если мы знаем, что семья сегодня – это не просто союз мужчины, женщины и ребенка, а это социальный продукт.

– Патриархальная семья подразумевала, что несколько поколений живут под одной крышей, но в ней были жесткие традиции на уровне буквально ритуала. В частности, например, было то, что никогда дед или бабушка не позволяли себе ругать своих детей, родителей своих внуков, в присутствии внуков. Это было жестко. То есть сначала выслать всех внуков, потом только разбираться между старшими поколениями. Вот идет разборка между папой, мамой, бабушкой и дедушкой по каким-то вопросам, когда, например, бабушка может отменить решение папы при детях, да еще и так: «Ты что? С ума сошел? Надо так!». И падает авторитет и бабушки, и родителя.

Причем дети ведь тоже очень интересные, их психологии никто не учил, но интуитивно они начинают вклиниваться в эту брешь, ища своей выгоды, чтобы лишний раз оправдать свое желание полениться, ничего не делать или уйти в тот же самый гаджет. И тут начинается такая очень тонкая игра. Плюс современный инфантилизм, который присутствует и у мужчин, и у женщин, кстати. Особенно когда традиции отсутствуют, а несколько поколений живут под одной крышей, это приводит к тому, что младшее поколение (папа и мама) долгие годы не может вообще вырасти в самостоятельную семью. Они себя продолжают воспринимать как родителей своих детей, но при этом еще они дети вот этих вот… И в итоге смотрят на то, что бабушка с дедушкой скажут.

В общем, это сложная ситуация. Не происходит исполнения заповеди, кстати. Это заповедь Священного Писания: «Оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей». То есть это важно – оставить отца и мать. Оставить – не значит забыть, перестать чтить и уважать, но выставить дистанцию. Если не удается выстроить дистанцию, скажем, через диалог, то, может быть, даже буквально жить раздельно. Может быть, бабушку с дедушкой приглашать, особенно посидеть с детьми, когда куда-то уезжают, когда какие-то мероприятия, когда командировки, еще что-то. Но все-таки лучше, чтобы бабушки-дедушки были на некотором расстоянии. Рядом, но на некотором расстоянии. Пожалуй, это оптимальный вариант. Опять-таки по многим причинам в наши дни это оказывается невозможным. Да, я согласен, начинаются конфликты, которые губительны для каждого из поколений.

Вопрос телезрительницы из Красного Села Санкт-Петербурга: «У меня девочка пойдет во второй класс. И насущный вопрос у меня с первого класса: как не испортить душу ребенка влиянием одноклассников и вообще школьников, которые приносят с собой гаджеты, говорят о компьютерных играх, мультиках? Ребенок вообще не в теме просто. Мы не показываем этого, ограждаем ребенка от этого, и она будет чувствовать себя белой вороны. Как настроить мою дочку на пребывание в обществе детей, которые все в компьютерах, в гаджетах, в какой-то невероятной моде? Будут оказывать давление, ей будет тоже хотеться всего этого. Как объяснить, что это неполезно, что это не нужно, как иметь вот этот внутренний стержень? Может, она это и понимает, но она же будет хотеть стать частью общества, иметь друзей, общаться. Вот это раздвоение личности к чему приведет?».

– Я постараюсь кратко ответить. Как раз в нашем проекте «Школа для родителей и воспитателей» на одном из уроков для родителей мы эту тему разбираем. Запретный плод сладок, поэтому запрещать то, что разрешается другим, – это действительно вводить ребенка в сложную ситуацию. С другой стороны, дети намного умнее, чем мы о них думаем. И надо вот так буквально сесть, по-взрослому поговорить о своих чувствах, о своем беспокойстве, о целях в жизни, о том, что далеко не все то, что делают другие люди, стоит делать, для чего ты живешь, к чему в жизни стремишься… И вот, например, то или то будет помогать тебе в этом или нет.

В любом случае искушения будут. Ребенок через них вынужден будет пройти. Здесь важно быть рядом. Жесткие запреты только лишь толкают к этому. Самое главное – это все-таки пример родителей. И причем важно, чтобы это было не так, что вот у меня нет гаджетов по бедности. Нет, я могу иметь такие-то гаджеты, но я отказываюсь от них, либо они у меня есть, но я ими пользуюсь конкретно так-то и никак иначе. И ребенок должен видеть этот пример. Потому что бесполезно требовать от ребенка, чтобы он не зависал у телефона или у планшета, если вы сами часы проводите в социальных сетях.

Я благодарю Бога: мне кажется, мы с нашими детьми эту тему уже прошли. Сейчас я вижу, что они сознательно относятся к этой теме. И сейчас вопрос так остро не стоит, почему там у Мани в классе это есть, а у меня этого нет. То есть действительно надо ли это? Наши дети умеют ставить этот вопрос.

Ведь какова цель воспитания? Их, по сути, две. Первая – христианская цель: дать морально-нравственные ориентиры, подвести к Богу. Не привести, а подвести, потому что привести невозможно, сделать последний шаг, уверовать должен сам человек, и за него мы это не сделаем. А вторая цель – это самостоятельность и ответственность, чтобы наш ребенок научился выживать в этом мире, даже когда нас рядом не будет.

У нас часто как говорят? Хороший мальчик – послушный мальчик, хорошая девочка – послушная девочка. Но это ошибка, потому что послушный ребенок – это удобный для родителей ребенок, но это часто несамостоятельный ребенок, не умеющий принимать решения и отвечать за них. А важно как раз научить их быть таковыми и научить принимать самостоятельные решения, даже когда нас рядом нет. И, в общем-то, как ни странно, здесь вот эта сложная ситуация будет способствовать достижению этой цели.

Да, это очень интересно… Мы знаем, что 1 сентября – это День знаний. И мне всегда казалось, что это несколько странный лозунг – один день знаний. Перед учебным годом сейчас у нас есть такая уже, слава Богу, традиция – молиться перед тем, как приступить к какому-нибудь делу, тем более, к учебному году. Мы приходим в храм, приводим детей, и дети не очень понимают, о чем речь. Соответственно, как родителям молиться за ребенка?

– Во-первых, никто не отменял молитву своими словами: «Господи, сохрани мое дитя, благослови и помоги в той или иной сложной ситуации». Во-вторых, важно показывать пример. Это намного более важно, чем говорить, давать знания и так далее. То есть говорить о вере, говорить об учебе: «Учись, учиться надо», – практически бессмысленно, если сам не показываешь пример. Ведь что такое учеба? Учеба – это развитие, развитие – это приобретение чего-то нового, чего у меня раньше не было (знаний, навыков, способностей) и уход от чего-то старого, что было нужно на каком-то этапе жизни, но теперь уже мешает, либо вообще изначально даже вредно. И вот я от этого ухожу и приобретаю что-то новое и полезное.

С этой точки зрения учеба как один из вариантов развития – это то, что доступно любому человеку в любом возрасте. И если родители показывает пример того, что они развиваются, то ребенок будет стремиться развиваться. Если же я начинаю считать, что я всего достиг и все знаю, все понимаю и это мне не нужно, а нужно только детям, а ты давай иди учись, – эффект будет противоположным. Поэтому учитесь, развивайтесь как можете, получайте новые знания, новые навыки, и ваши дети будут тянуться за вами. В том числе это относится и к молитве. Молитесь по жизни, обращайтесь к Богу перед началом ваших дел, и ваши дети начнут тогда молиться. Это будет, пожалуй, самая главная награда, когда уже не вы будете понуждать, а они сами будут ко Господу обращаться.

Записала:
Елена Кузоро

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз».

 

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс: 32475

Православная газета. PDF

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс

Православная газета. RSS

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс